предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава III. Движение за единство Африки и международные проблемы

Международная деятельность африканских стран находится в тесной связи с движением за единство Африки, причем взаимосвязь между ними носит двоякий характер. Во-первых, развитие движения за единство Африки требует выступления африканских стран как единой группы с общей, заранее выработанной платформой. Во-вторых, база, на которой развивается движение за единство в Африке, в конечном счете определяет общее в позиции африканских стран по международным вопросам при всем различии внутренней и внешней политики этих государств. Движение за единство Африки является во многих случаях той силой, которая цементирует ряды африканских стран, побуждая их выступать с общей платформой, несмотря на имеющиеся между ними расхождения.

О значении единства Африки неоднократно говорили многие африканские лидеры. Общим в их выступлениях было ясное понимание того, что Африка только в том случае может играть самостоятельную роль на международной арене, добиваться необходимых решений, если будет едина. Говоря о единстве Африки, президент Танзании Д. Ньерере отмечал: "Некоторые африканцы говорят: мы имеем большое количество голосов в Организации Объединенных Наций, и мы не должны терять эти голоса. Я отвечаю: если Африка хочет иметь голоса, она может попросить их у нас. Мы можем раздробить Танзанию на 127 государств, если это те голоса, которых они хотят. И мы даже можем потребовать от ООН принять в эту Организацию все африканские племена, как представляющие соответствующее число государств, если это то, что они имеют в виду. США располагают лишь одним голосом в ООН... Мы бедны и слабы. Поэтому Африка должна объединиться и стать единым государством"1.

1("Jeune Afrique", 10 oct. 1965.)

Д. Ньерере преуменьшил возможность африканских стран оказывать влияние на решение международных вопросов, но он прав в главном: Африка может иметь большой вес на международной арене только в том случае, если она будет едина, если она будет выступать с общих для всех африканских стран позиций. Этого можно добиться лишь при условии укрепления солидарности народов Африки во имя независимости, освобождения всего континента от колониализма, обеспечения мирного развития, экономической самостоятельности.

Стремление африканских народов к тесному сотрудничеству и единству представляет собой длительный и сложный процесс, который переживал и будет переживать периоды подъемов и спадов. Однако безусловно одно, этот процесс - явление не случайное. Тесное сотрудничество в политической, экономической и культурной областях является необходимым условием для ликвидации тяжелого наследия колониализма, укрепления национальной независимости африканских народов, коллективного отпора неоколониалистской политике западных держав, упрочения позиций антиимпериалистических сил на международной арене. Если движение за единство Африки в своем развитии не будет изолировать себя от общемирового антиимпериалистического и демократического движения, тогда возможность осуществления этих жизненно важных задач станет реальной.

Однако вопросы практического осуществления политического единства, его конкретных организационных форм и сроков являлись и продолжают оставаться объектом существенных расхождений между лидерами различных африканских государств. В основе расхождений лежит сложный комплекс политических, экономических и национальных противоречий, присущих современному этапу развития независимых африканских государств. В этих расхождениях как бы отражаются одновременно вчерашний, сегодняшний и завтрашний день Африки: территориальные проблемы, созданные колонизаторами в результате империалистических захватов; несовпадение политических, исторических и этнических границ независимых африканских государств; неоколониалистская политика бывших метрополий, направленная на сохранение монокультурного аграрно-сырьевого характера экономики независимых государств; хозяйственная разобщенность большинства африканских стран; различные позиции многих африканских лидеров в вопросах внутренней и международной политики; наконец, личное соперничество между ними, вызванное стремлением играть ведущую роль в объединительном движении и тем самым тормозящее его успешное развитие.

Нарождающаяся и крепнущая в Африке национальная буржуазия озабочена прежде всего желанием оформиться и утвердиться в рамках отдельных независимых стран. Бесспорно, она пытается создать такие экономические и политические формы общеафриканского сотрудничества, которые будут способствовать усилению ее позиций и ограждению, а в дальнейшем и постепенному освобождению от засилья монополистического капитала Запада. Однако эта заинтересованность имеет свои пределы, за которые национальная буржуазия отдельных африканских стран не намерена переступать.

Важной проблемой социально-политического характера является историческая необходимость выбора путей развития независимыми государствами Африки, проблема параллельного существования, сотрудничества и взаимного влияния стран, ставших на рельсы некапиталистического развития, и стран, избравших методы и уклад капитализма. Вполне естественно, что наиболее последовательные сторонники единства Африки - страны, избравшие путь некапиталистического развития, тогда как страны, ориентирующиеся на капитализм и следующие в фарватере политики западных стран, идут к единству с большими колебаниями, не верят в возможность его достижения и готовы жертвовать общими интересами Африки ради узко понятых национальных интересов.

В какой форме и в течение какого исторического периода могут быть достигнуты цели движения за африканское единство, зависит от многих факторов. Можно предположить, что с учетом всех противоречивых факторов и тенденций в политической, экономической, социальной и международной жизни Африки, с учетом постепенного развития экономического потенциала независимых африканских государств и усиления классового фактора в африканском обществе объединительная тенденция будет продвигаться медленно и трудно, путем поисков, проверки, отбрасывания и изыскания новых форм сотрудничества во многих областях.

Достижение национальной государственной независимости большой группой государств в сравнительно короткий исторический срок породило у многих африканских деятелей необоснованные надежды на то, что дальнейшее развитие и укрепление завоеванной независимости пойдет быстрыми темпами и коренной перелом в области экономики может быть достигнут легко. Однако жизнь показала, что перестройка колониальной структуры хозяйства, преодоление экономической отсталости, замена неравноправных, а зачастую кабальных отношений с бывшими метрополиями равноправными не достигается лишь провозглашением лозунгов, разработкой программ.

За семь лет (1960-1966 гг.) национальный доход на душу населения увеличился в Африке всего на 1 долл. В 16 африканских странах он даже уменьшился. В этом - одна из причин неустойчивого внутреннего положения во многих странах континента. Нехватка кадров и капиталов, племенная рознь, огромная техническая отсталость создают большую пропасть между действительностью и надеждами, между программами и реальными возможностями. Кроме того, существуют еще иллюзии в отношении возможности получения действительной помощи со стороны Запада в целях преодоления экономической отсталости, нерешительность в лишении иностранных монополий высоких прибылей и обращении этих средств на : национальные нужды. Все это вместе взятое создает благоприятную почву для государственных переворотов, которые характерны для Африки в 60-е годы. Многие из них были подготовлены и совершены при участии империалистических держав. Режимы, установленные в ходе реакционных переворотов, пытаются исправить положение тем, что восстанавливают, а иногда даже расширяют сотрудничество с империалистическими державами, открывая двери перед иностранным капиталом. Это не приносит и не может принести улучшения экономического положения, так как означает возврат к старому.

Наряду с этим следует отметить, что, за редким исключением, военные лидеры, ставшие у власти, не решаются открыто порвать с принципами и целями африканского единства. Это является еще одним доказательством того, что идея африканского единства далеко не исчерпала себя, она пользуется популярностью в массах, и это не могут не учитывать африканские лидеры, к какому бы крылу они ни принадлежали.

Стремление претворить в жизнь лозунг о единстве Африки нашло практическое проявление уже с образованием первых независимых государств - Ганы и Гвинеи. Впервые идея единства была законодательно воплощена в конституции независимой Гвинеи в 1958 году: "Республика может заключать с любым африканским государством соглашение об объединении или сообществе, содержащее частичный или полный отказ от суверенитета в целях осуществления африканского единства". Аналогичные положения были включены в конституции Ганы и Мали2.

2(См. "Конституции государств Африки", т. I, ИЛ, 1963, стр. 114, 152, 430.)

23 ноября 1958 г. Гана и Гвинея специальной декларацией провозгласили создание союза обоих государств в качестве "ядра Соединенных Штатов Западной Африки". 1 мая 1959 г. в Конакри была принята совместная ганско-гвинейская декларация с призывом к объединению независимых африканских государств3.

3(См. "Daily Grafic", May 3, 1959.)

Союз "Гана - Гвинея", сыгравший немалую роль в пропаганде идей африканского единства, не получил в дальнейшем практического развития. Его укреплению препятствовали экономические и социальные факторы, а также политические и личные разногласия между руководителями обеих стран. К тому же существование союза не было подкреплено какой-либо юридической структурой. Все это привело к тому, что уже вскоре после провозглашения он фактически прекратил свою деятельность.

Однако поиски путей достижения единства продолжались. 15-19 июля 1959 г. в Саникелли (Либерия) состоялась первая конференция независимых государств Африки: Гвинеи, Ганы и Либерии4. Но уже в тот период при минимальном числе независимых стран выявились различия в подходе к понятию африканского единства. Президент Либерии Табмэн придерживался убеждения, что сообщество должно носить прежде всего экономический характер и что какие-либо практические меры по обеспечению единства преждевременны. Нкрума не разделял точки зрения Табмэна, считая, что не следует оттягивать закладку фундамента единства Западной Африки и что конференция должна послужить отправным моментом в этой миссии. Он подчеркнул необходимость осуществления политического объединения африканских государств, которое может гарантировать их независимое существование и эффективное экономическое развитие. Секу Туре занял позицию поддержки всестороннего экономического, политического и культурного сотрудничества западноафриканских государств. Конференция в Саникелли отразила в миниатюре практические трудности, вставшие на пути движения, и в известной мере предопределила последующее появление двух течений, оформившихся в виде касабланкской и монровийской групп.

4(Участие Либерии на конференции в Саникелли связано с усилением внимания США к Африке в этот период. Правящие круги США отдавали себе отчет в надвигавшемся крахе колониальной системы в Африке и изыскивали средства для усиления своей экспансии на этом континенте. Поскольку они располагали в тот период незначительными позициями в Африке, на первое место в осуществлении этих планов выдвигалась Либерия как страна, находившаяся под американским влиянием.)

3-7 января 1961 г. в Касабланке (Марокко) состоялась конференция глав африканских государств, в которой приняли участие Гана, Гвинея, Мали, ОАР, Марокко, Алжир, а также' представители Цейлона (в качестве наблюдателей) и Ливии (в последующем эти две страны не участвовали во встречах касабланкской группы).

Важнейшее значение Касабланкской конференции состоит в том, что она заложила основы практического сотрудничества и единства стран Африки в области внешней политики, экономики и обороны на прогрессивных антиимпериалистических принципах. Деятельность государств-участников Касабланкской конференции внесла ощутимый конструктивный вклад в развитие движения за единство Африки и оказала несомненное прогрессивное воздействие на характер Организации африканского единства, созданной в Аддис-Абебе.

Основным документом конференции явилась Касабланкская хартия, содержавшая следующие положения: решимость участников конференции добиться свободы и единства для всей Африки, бороться за освобождение всех африканских территорий, находящихся под иностранным господством, за ликвидацию колониализма и неоколониализма во всех его формах и проявлениях; намерение добиваться ликвидации иностранных военных баз; провозглашение политики неприсоединения и неучастия в блоках; недопущение политического вмешательства и экономического нажима извне; проведение экономической и социальной политики в интересах народов. Конференция высказалась также против политики апартеида и расовой дискриминации, против французских ядерных испытаний в Африке; участники конференции одобрили идею создания африканского "общего рынка".

За период своего существования касабланкская группа провела ряд практических мер по налаживанию и укреплению сотрудничества независимых африканских стран в различных областях5. Участники касабланкской группы с самого начала рассматривали ее деятельность как этап на пути к широкому всеафриканскому сотрудничеству. В этом смысле касабланкская группа сыграла свою прогрессивную роль.

5(О деятельности касабланкской группы см. McKay, Africa in World Politics, N. Y" 1963, pp. 84-96.)

Именно стремлением нейтрализовать революционизирующее влияние Касабланкской хартии и внести "умеренность" в национально-освободительное и объединительное движение было вызвано появление другой крупной группировки независимых африканских стран, известной под названием монровийской группы. В конференции, состоявшейся в Монрови в мае 1961 года, приняли участие следующие страны: Камерун, Чад, Дагомея, Габон, Берег Слоновой Кости, Либерия, Малагасийская Республика, Нигер, Сенегал, Сомали Центральноафриканская Республика, Конго (Браззавиль), Эфиопия, Ливия, Мавритания, Нигерия, Сьерра-Леоне, Того, Тунис, Верхняя Вольта.

Общие принципы, выдвинутые Монровийской конференцией, естественно, не могли игнорировать мощного подъема антиимпериалистической, освободительной борьбы африканских народов и их стремления к миру и укреплению национальной независимости. Участники конференции осудили политику апартеида в ЮАР и расовой дискриминации, заявили о солидарности с борьбой алжирского народа, высказались за повсеместное прекращение испытаний ядерного оружия. Однако они были далеки от той определенности и решительности, с какой высказалась Касабланкская конференция по этим вопросам.

Решения Монровийской конференции, на которой задавали тон такие африканские лидеры, как президент Либерии Табмэн, президент Берега Слоновой Кости Уфуэ-Буаньи, президент Сенегала Сенгор и др., не нацеливали народы на борьбу с империализмом и неоколониализмом, за подлинное сотрудничество и единство африканских государств. В вопросах единства Африки позиция участников Монровийской конференции была выражена Табмэном, заявившим, что в Африке экономические связи являются лучшей дорогой к политическому единству6.

6(CM. A. Teferra, Africa's March to Unity, Lagos, 1963, p. 17)

В этой связи небезынтересно следующее высказывание видного нигерийского общественного деятеля доктора Калу Эзера: "В то время как страны Касабланки с гордостью демонстрируют свой позитивный нейтралитет и независимую внешнюю политику, воплощаемую в их дружественных отношениях как с западными, так и восточными державами и в их отказе от всех видов военных пактов с обоими блоками, страны Монровии, по-видимому, слишком обеспокоены угрозой коммунистического проникновения и поэтому стремятся поддерживать очень тесные связи со своими бывшими колониальными хозяевами как в экономической, так и в военной областях"7. Это высказывание свидетельствует о том, что в самой Африке отдают себе отчет в политическом и классовом значении различных тенденций в объединительном движении. Западные державы, стремясь использовать движение за единство, чтобы на длительное время сохранить африканские страны в качестве хозяйственных придатков, рынков сбыта и стратегических опорных пунктов империализма, поощряют создание зависимых от них в политическом, экономическом и, военном отношении региональных группировок. В этой связи представляет интерес деятельность замкнутой группировки бывших французских владений в Африке, известной под названием Афро-Малагасийского союза (АМС).

7(Ibid., p. 59.)

Афро-Малагасийский союз возник по инициативе про-французского лидера Республики Берег Слоновой Кости Уфуэ-Буаньи и формально провозглашен в марте 1961 года на конференции в Яунде, хотя фактически сложился на Браззавильской конференции в декабре 1960 года. Империалистические круги инспирировали создание АМС не только по экономическим соображениям, но и для осуществления военно-политических функций с помощью организации "оборонительного пакта", а также через двусторонние военные соглашения с Францией. Достаточно сказать, что Франция имела в странах АМС 17 военно-морских, военно-воздушных баз и военных сооружений. Американский журнал "Форин афферс" следующим образом оценил существо Афро-Малагасийского союза: "АМС тесно связан с Францией по линии оборонительного сотрудничества и военных пактов, а также особыми отношениями его членов с ЕЭС. В силу этого 20 тыс. французских солдат до сих пор размещены в странах АМС, а львиная доля из 784 млн. долл., предусмотренных последним пятилетним планом Европейского фонда развития заморских территорий, направляется в эти страны"8.

8("Foreign Affairs", vol. 42, 1964, No 2, p. 275.)

В области внешней политики АМС стремился к подрыву складывающегося антиимпериалистического фронта африканских государств. В 1960 году, когда в ООН обсуждалась афро-азиатская резолюция о необходимости вмешательства ООН в связи с колониальной войной Франции в Алжире, представители стран АМС настаивали на невмешательстве ООН. По этому поводу гвинейское агентство печати сделало заявление, в котором говорилось: "Африканцы открыто выступили в защиту колониализма, против своих братьев алжирцев, истребляемых ежедневно в результате гнусной политики геноцида. Государственные деятели, выдающие себя за африканцев, осмелились поднять голос против свободы своих братьев"9. Страны АМС пошли на создание обособленной группы в ООН. Входя в общую африканскую группировку, они вместе с тем проводили сепаратные заседания и вырабатывали собственную общую позицию.

9("Iloroya", Oct. 26, 1960.)

Существование союза настолько устраивало французских империалистов и их ставленников, что даже после решения Аддис-Абебской конференции АМС продолжал упорно сохранять все свои организационные формы, вызывая законное возмущение подлинных сторонников широкого африканского сотрудничества и единства. Сила объединительного движения оказалась такой, что АМС пришлось отступить в Аддис-Абебе, где он пошел на компромисс при создании Организации африканского единства.

Различный подход независимых африканских государств к вопросу о путях, формах и характере единства не стал непреодолимым препятствием для достижения договоренности о созыве общеафриканской конференции на высшем уровне. Раскол Африки наносил ущерб жизненным интересам ее народов, затрудняя решение важнейших проблем развития континента. Создать основу для успешного решения этих проблем можно было только на общеафриканской основе. Рано или поздно стремление к сближению и сотрудничеству независимых африканских государств должно было возобладать над региональными интересами и привести к оформлению общеафриканского союза.

С середины 1962 года началось сближение касабланкской и монровийской групп, обусловленное дальнейшими успехами национально-освободительной борьбы.

С практической инициативой проведения общеафриканской конференции глав государств и правительств выступили страны касабланкской группы в июне 1962 года. Главы государств этой группы призвали "к установлению солидарности стран Африки, охватывающей все африканские страны.., к более тесному сотрудничеству и консультациям между всеми независимыми африканскими странами в целях сохранения независимости и создания условий для экономического и социального развития"10. Необходимость созыва общеафриканской конференции на высшем уровне была признана и странами монровийской группы.

10(А. Те f err a, Africa's March to Unity, pp. 141, 146.)

Конференция глав независимых государств и правительств Африки проходила в Аддис-Абебе 22-25 мая 1963 г. В конференции приняли участие Алжир, Берег Слоновой Кости, Бурунди, Верхняя Вольта, Габон, Гана, Гвинея, Дагомея, Камерун, Конго (Браззавиль), Конго (Киншаса), Либерия, Ливия, Мавритания, Мали, Малагасийская Республика, Нигер, Нигерия, ОАР, Руанда, Сенегал, Сомали, Судан, Сьерра-Леоне, Танганьика, Тунис, Уганда, Центральноафриканская Республика, Чад, Эфиопия.

22 мая в Доме Африки в присутствии около 500 представителей и наблюдателей из африканских и других стран конференция начала свою работу.

В адрес конференции поступили приветственные послания от правительств СССР, КНР, США, Югославии и ряда других стран. Конференция была открыта императором Эфиопии Хайле Селассие, который был избран затем ее почетным председателем.

В работе совещания с самого начала выявилась тенденция некоторых представителей монровийской группы навязать движению за единство Африки свои установки и взгляды, отвлечь внимание африканских народов от главной цели - обеспечения единства на основе совместных усилий, направленных на окончательную ликвидацию колониализма, недопущения иностранного политического и экономического вмешательства, укрепления политической и достижения экономической независимости африканских государств. Эта тенденция нашла наиболее определенное выражение в сделанном Нигерией дополнении к повестке дня, которая предлагала положить в основу африканского единства Лагосскую хартию монровийской группы, принятую в 1962 году. Однако подготовительное совещание отклонило это предложение и приняло за рабочую основу проект устава, подготовленный Эфиопией.

Эфиопский проект представлял собой в определенной мере компромисс между позициями касабланкской и монровийской групп однако в отношении задач и целей он содержал такие важные принципиальные положения, отвечавшие интересам африканских народов, как укрепление независимости и искоренение колониализма в Африке.

25 мая состоялось закрытое заседание, на котором присутствовали только главы государств и правительств и наиболее ответственные официальные лица. На заседании обсуждался вопрос о Хартии африканского единства. Как отмечает видная негритянская деятельница Ширли Грэхэм, часть делегаций была твердо настроена не покидать Аддис-Абебу, до тех пор пока не будет подписан какой-нибудь документ, другие же не желали ставить подпись под чем бы то ни было11.

11(CM. "Freedomways", vol. 3, 1963, No 4.)

Поздно ночью 25 мая была подписана Хартия Организации африканского единства, а также утверждены тексты резолюций. Решения Аддис-Абебской конференции представляют собой важные документы общеафриканского и международного значения. Они свидетельствуют о крупном успехе антиимпериалистических прогрессивных сил африканского континента, выступавших с позиций ликвидации колониальных режимов в Африке, установления широкого сотрудничества африканских народов, уничтожения иностранного политического, экономического и военного господства, активного участия Африки в решении важнейших проблем обеспечения мира и международной безопасности.

Сам факт создания Организации африканского единства также явился большой победой национальных антиимпериалистических сил в Африке. Хотя организация не превратилась в тесный политический союз, тем не менее она провозгласила своей задачей сотрудничество и координацию не только в сфере экономики и культуры, но и в области политики и обороны. В ОАЕ заложены возможности для эффективного решения важнейших проблем современной Африки в духе тесного сотрудничества независимых государств на тех принципах, которые отвечают жизненным интересам африканских народов. Важнейшее значение имеет подтверждение Аддис-Абебской конференцией политики неприсоединения. Можно сказать, что Хартия и решения конференции явились своего рода компромиссом между различными точками зрения по вопросам объединения. Однако влияние антиимпериалистических принципов касабланкской группы является более заметным по сравнению с установками монровийской группы.

ОАЕ уже в первые годы деятельности подтвердила свою жизнеспособность и выступила как серьезная антиимпериалистическая сила.

Естественно, организация столкнулась со многими трудностями при решении ряда внутриафриканских проблем, сложность которых усугублялась политикой империалистических держав. Она не смогла предотвратить обострение пограничных споров (марокканско-алжирский конфликт, напряженность в сомалийско-эфиопских и сомалийско-кенийских отношениях) и попытки неоколониалистов грубо использовать внутриполитические события в ряде стран для укрепления своих позиций в Африке (направление французских войск в Габон, английских - в Танганьику, Уганду и Кению). Однако народы Африки все больше убеждались в том, что выступление единым фронтом против происков империалистов является эффективным средством защиты независимости и обеспечения мира в Африке. Именно широкие народные массы сыграли важную роль в том, что узконационалистические интересы отдельных африканских лидеров и групп не смогли возобладать над общими коренными интересами народов Африки.

Организация африканского единства добилась заметных результатов в налаживании работы ряда своих важных органов (совет министров ОАЕ, генеральный секретариат, комитет по координации помощи национально-освободительным движениям, комиссия по посредничеству и примирению, специализированные комиссии).

Дакарское совещание совета министров иностранных дел ОАЕ (1963 г.) единогласно приняло важнейшее политическое решение: совещание одобрило Московский договор о запрещении ядерных испытаний в трех сферах и рекомендовало всем странам Африки присоединиться к договору. К моменту вступления договора в силу, к 10 октября 1963 г., его подписали все африканские государства, кроме Гвинеи, Конго (Браззавиль) и Центральноафриканской Республики. Вторая сессия совета министров ОАЕ (Лагос, 24-29 февраля 1964 г.) признала необходимым юридически оформить статус Африки как безатомной зоны и рассмотрела проект общеафриканской конвенции по этому вопросу. Было решено усилить борьбу против политики апартеида в ЮАР, а также разорвать дипломатические отношения с Англией в случае, если она передаст власть в Южной Родезии правительству белого меньшинства.

Организация африканского единства приступила также к практическому рассмотрению таких важных экономических вопросов, как проблема африканского "общего рынка", выработка единого внешнего тарифа, изыскание путей освобождения африканских валют от внешней зависимости, координация программ экономического развития, создание общего фонда стабилизации цен на сырьевые товары и т. д.

Активную антиимпериалистическую роль ОАЕ сыграла в связи с положением в Конго (Киншаса). В сентябре и декабре 1964 года состоялись чрезвычайные сессии совета министров иностранных дел ОАЕ, а в ноябре - заседание специальной комиссии ОАЕ по Конго. Их участники осудили бельгийско-американское вооруженное вмешательство в дела Конго, потребовав от конголезского правительства удаления из страны всех иностранных наемников и предложив сражавшимся сторонам приостановить военные действия. В сентябре 1964 года делегация ОАЕ в составе представителей Ганы, Гвинеи, ОАР, Кении и Нигерии посетила Вашингтон, с тем чтобы добиться от США прекращения поставок оружия в Конго. Однако США отказались вести переговоры с делегацией, вызвав тем самым глубокое недовольство среди африканских государств.

Разумеется, и в конголезском вопросе деятельность ОАЕ проходила не без внутренних противоречий и трудностей. Наиболее решительную и последовательную антиимпериалистическую позицию заняли ОАР, Алжир, Гвинея, Мали, Гана, которым противостояли сторонники умеренных шагов, прежде всего такие страны, как Либерия, Сенегал, Нигерия. Расхождения внутри организации в значительной мере парализовали принятие энергичных действенных мер против империалистического вмешательства в судьбы конголезского народа. Так, Аддис-Абебская сессия совета министров (сентябрь 1964 г.), осудив иностранное вмешательство в дела Конго, в качестве конкретного шага смогла принять лишь компромиссное решение о создании примирительной комиссии (под председательством Д. Кениаты), поручив ей "помогать и поощрять правительство Конго (Киншаса) в осуществлении национального перемирия"12.

12("The Voice of Ethiopia", Sept. 23, 1964.)

Серьезный шаг по пути к единству Африки был сделан на Ассамблее глав государств и правительств африканских государств, состоявшейся в Аккре в октябре 1965 года. Созыв этой Ассамблеи явился крупной победой африканских государств, последовательно отстаивавших объединение Африки на антиимпериалистических, антиколониальных основах. Эта победа тем более значительна, что на пути в Аккру пришлось преодолеть большие препятствия: внутренние разногласия между африканскими государствами, источником которых нередко являются интриги западных держав, усиление агрессивности американского империализма и т. п.

Конференция в Аккре должна была дать ответ на жизненно важный для Африки вопрос: удастся ли африканским государствам преодолеть внутренние разногласия во имя высоких целей независимости, суверенитета и свободы, во имя борьбы против империализма и колониализма, противопоставить проискам империалистов волю к объединению своих сил?

Эта конференция имела значение не только для народов Африки. Ее созыв надо рассматривать в более широком международном плане, плане объединения всех сил мира в защиту священных прав народов на независимое существование, без всякого иностранного вмешательства. Эта сторона конференции приобрела особое значение в обстановке возросшей угрозы миру в результате интервенции США в Конго (Киншаса), высадки американских войск в Доминиканской Республике, открытой агрессии США во Вьетнаме.

Среди решений, принятых конференцией в Аккре, особое место занимает резолюция по Южной Родезии, которую расисты при попустительстве Англии провозгласили "независимой", поправ права 4 млн. африканцев. Главы государств Африки потребовали от Англии отмены конституции 1961 года, передачи власти представителям народа Зимбабве и проведения выборов на основе всеобщего избирательного права. В адрес Англии было сделано предупреждение, что она несет всю ответственность за действия незаконного правительства Смита. Сессия совета министров ОАЕ приняла также решение о разрыве дипломатических отношений с Англией, если последняя не примет решительных мер для ликвидации незаконного режима Смита в Южной Родезии. Однако после провозглашения "независимости" Южной Родезии правительством Смита лишь семь стран Африки заявили о разрыве дипломатических отношений с Англией.

Важные решения были приняты в Аккре по вопросу освобождения колоний в Африке. Они пронизаны одним стремлением: принять практические меры для оказания помощи народам Анголы, Мозамбика, "португальской" Гвинеи, Юго-Западной Африки и других колоний в их борьбе за освобождение. В то же время эти решения предусматривают усиление борьбы против колониальных держав, ведущих войны в Африке и сопротивляющихся выполнению Декларации ООН о предоставлении независимости колониальным странам и народам. Решения по вопросу о деколонизации, принятые на сессии совета министров ОАЕ в Аккре, объективно были направлены против стран НАТО, которые являются опорой колониальных режимов в Африке.

Одним из практических результатов деятельности ОАЕ явилось повышение роли постоянной группы африканских государств в ООН. Перед группой была поставлена задача действовать в духе решений конференции в Аддис-Абебе, выступая от имени всех африканских государств. Принципиальное значение имело решение о необходимости единодушного выступления по всем вопросам, обсуждаемым в ООН. С этой целью были проведены необходимые организационные меры: создан постоянный секретариат группы, учрежден пост председателя, который ежемесячно занимают поочередно представители африканских государств.

Африканские страны нуждаются в достижении единства даже для выполнения обычных дипломатических функций. При осуществлении своих обязанностей африканские дипломаты в капиталистических странах систематически сталкиваются с прямой дискриминацией. Особенно часто это случается в США и Англии. Оскорбления из-за цвета кожи, грубое отношение представителей местных властей вызывают законное негодование африканских дипломатов. Стремясь оградить себя от недопустимого обращения, отстоять достоинство и права, африканские дипломаты прибегают к различным методам, выработанным дипломатической практикой. Они не ограничиваются обычными протестами дипломатических представительств ведомствам иностранных дел. Большое место в борьбе против дискриминации и оскорблений отводится ими коллективным акциям. Такие коллективные протесты от имени посольств и миссий стран Африки неоднократно заявлялись ими в Вашингтоне и Лондоне.

Создание Организации африканского единства представляет немаловажный фактор в международной жизни. ОАЕ провозгласила свои принципы и цели по некоторым основным проблемам, затрагивающим интересы всего человечества (уничтожение колониализма, всеобщее и полное разоружение, запрещение ядерного оружия, ликвидация иностранных военных баз). Антиимпериалистическая позиция ОАЕ в этих вопрoсах явилась вкладом в общее дело борьбы миролюбивых демократических сил за мир, свободу и независимость народов.

Вместе с тем практической деятельности ОАЕ присущи многие недостатки и слабости в осуществлении провозглашенных ею принципов и целей. Речь прежде всего идет о реализации таких важнейших решений, как ликвидация иностранных военных баз и соглашений, юридическое оформление статуса безатомной зоны. Члены ОАЕ не смогли прийти к соглашению об африканских вооруженных силах и о конкретных действиях широкого масштаба по оказанию помощи национально-освободительным движениям в африканских колониях. Безусловно, известная пассивность ОАЕ в практической области объясняется не только и не столько организационными моментами, сколько наличием существенных политических разногласий внутри организации, а также происками империалистических сил.

Империалистические державы пристально следят за развитием движения за единство Африки. Будучи не в состоянии воспрепятствовать стремлению африканских народов к единству, они направляют усилия на то, чтобы парализовать осуществление антиимпериалистических принципов ОАЕ, закрепить экономическую зависимость молодых африканских государств от иностранных монополистических объединений.

Деятельность Организации африканского единства вызывает пристальное внимание в западных странах. Общий тон высказываний буржуазной пропаганды - скептицизм и неверие в способность независимых африканских государств наладить тесное взаимное сотрудничество в политической и экономической областях. Так, английский "Экономист" доказывал, что путь, избранный в Аддис-Абебе, "лишь увековечивает балканизацию и слабость Африки"13. Французский журнал "Ревю де дефанс насьональ" писал: "Панарабизм и панафриканизм примирить невозможно... Принцип единства провозглашен, но он далеко еще не осуществлен, да и в сущности - так ли уж его хотят?.. Единство негро-арабо-берберского мира, связанного через Египет с беспокойным миром арабов Ближнего и Среднего Востока, - не утопия или это? Можно серьезно сомневаться в том, что эта организация, которая в нынешнем ее виде представляет пока лишь небольшую африканскую ООН, приведет к действительному единству конфедеративного типа"14.

13("The Economist", June 1, 1963.)

14("Revue de defense nationale", 1963, juil, pp. 1138, 1154.)

Разумеется, уже сам по себе этот неблагожелательный скептицизм западной пропаганды достаточно красноречив. За подобного рода прогнозами и предсказаниями скрываются страх неоколониалистских кругов перед возможностью тесной антиимпериалистической солидарности африканских народов и надежды на то, что африканское единство не осуществится.

Ширли Грэхэм справедливо отмечала, что создание ОАЕ затрудняет империалистическим странам сохранение своих стратегических опорных пунктов в Африке. Англия, писала она, пытается сохранить военные базы с помощью пактов и соглашений; к этому же, но в более широком плане, стремится французский империализм. США имеют военные базы "для охраны" ряда нужных им районов, причем американские базы зачастую существуют под видом "центров радиосвязи". После Аддис-Абебы независимые африканские государства заявляют великим державам: "Вы должны убрать свои базы". Поэтому, заявляет Ш. Грэхэм, "те державы, которые видят, что их власть над Африкой приближается к скорому и неизбежному концу, используют все средства для подрыва и саботирования духа Аддис-Абебы"15.

15("Freedomways", vol. 3, 1963, No 4, pp. 481, 483.)

Антиимпериалистические и антиколониальные принципы, провозглашенные в Аддис-Абебе, и деятельность ОАЕ, бесспорно, поставили в затруднение империалистические державы, которые рассчитывали иметь в лице организации удобный инструмент для проведения своей политики в общеафриканском масштабе. Это, однако, не означало, что страны Запада, потерпев провал, собирались отказываться от своих первоначальных замыслов. Поэтому не случайно в западной пропаганде после Аддис-Абебы появился один весьма примечательный мотив: стремление наладить сотрудничество с ОАЕ с целью изменить ее антиимпериалистический характер, расширить экономические связи между независимыми африканскими государствами и капиталистическими странами и т. д. Недаром после Аддис-Абебской конференции французская "Монд" призывала к тому, чтобы "единая и уважаемая" Африка перестала смотреть на капиталистический Запад как на "враждебного собеседника" и, "уверовав в свои силы, поверила бы и ему", после чего якобы "может открыться эра подлинного сотрудничества"16.

16("Le Monde", 2 mars, 1963.)

Советский Союз поддерживает народы Африки в их cтремлении к единству и солидарности, в борьбе против колониализма, за укрепление политической и экономической независимости. Советской правительство неоднократно заявляло, что народы Африки могут положиться на поддержку советского народа в осуществлении решений Аддис-Абебской конференции об окончательном уничтожении колониализма, ликвидации иностранных военных баз, превращении Африки в безъядерную зону.

В послании Председателя Совета Министров СССР А. Н. Косыгина Ассамблее глав государств и правительств африканских стран в Аккре отмечалась возможность преодоления трудностей на пути к усилению сплоченности и солидарности во имя высших целей африканских народов, их свободы и независимости. "Никому не могут быть безразличны незыблемость прав народов на самостоятельное развитие, их стремление к прогрессу и всеобщему миру. Когда империалистические силы покушаются на эти общечеловеческие ценности и осуществляют вооруженное вмешательство во внутренние дела других стран, сторонники свободы и мира, где бы они ни находились, не могут позволить себе действовать разрозненно"17.

17("Правда", 20 октября 1965 г.)

Национально-освободительное движение находится под огромным воздействием мировой социалистической системы. Социалистические государства не только оказывают всестороннюю политическую, экономическую и, в случае необходимости, военную поддержку независимым африканским странам и народам, борющимся за свое освобождение, но они объективно содействуют объединительным тенденциям в Африке всей своей политикой. Такая политика вытекает из ленинского подхода к объединительным движениям народов. В своей работе "Революционный пролетариат и право наций на самоопределение", написанной в 1915 году, В. И. Ленин подчеркивал: "Мы требуем свободы самоопределения, г. е. независимости, т. е. свободы отделения угнетенных наций не потому, чтобы мы мечтали о хозяйственном раздроблении или об идеале мелких государств, а, наоборот, потому, что мы хотим крупных государств и сближения, даже слияния, наций, но на истинно демократической, истинно интернационалистской базе..."18.

18(В. И. Лени и, Полное собрание сочинений, т. 27, стр. 68.)

Под воздействием мировой социалистической системы идеи социализма, какое бы различное, подчас наивное и поверхностное толкование они ни получали в разных слоях африканского общества, широко популярны в Африке и оказывают положительное влияние на объединительное движение. Ведущую роль в движении за единство Африки играют страны, вставшие на некапиталистический путь развития, проводящие последовательную политику неприсоединения. При оценке объединительного движения в Африке нельзя игнорировать роль прогрессивных идей социализма, которые не могут не привносится в общественные процессы в Африке и влияние которых будет усиливаться с ростом рабочего класса, с выдвижением на передний план социально-экономических проблем в Африке.

Движение за единство Африки подтверждает ту истину, что если социализм ведет к сближнию народов, то капитализм разъединяет их. Бесспорно, империалистические державы вынуждены считаться с тем, что открытое противодействие движению за единство Африки может быть чревато для них опасными последствиями. Для политики империализма характерны следующие черты: по возможности разжигать противоречия и конфликты между независимыми государствами, используя прежде всего наиболее чувствительные вопросы политического, территориального или национального характера; внедрить свое влияние в региональные или панафриканские организации и сделать их инструментом своей политики, для того чтобы вытравить из движения за единство Африки антиимпериалистическое, прогрессивное содержание; поставить Организацию африканского единства на службу своим целям для сохранения политической и экономической зависимости Африки от Запада. США прямо стремятся к тому, чтобы превратить ОАЕ в подобие Организации американских государств. На пути к единству Африки стоят и трудности объективного характера: отсутствие экономической базы для создания единого хозяйственного организма, исключительно низкий уровень развития промышленности, крайне незначительные межафриканские торговые и экономические связи, монокультурная однотипность сельского хозяйства, не позволяющая наладить широкий товарообмен, экономическая зависимость от иностранных монополий. Однако на первый план опять-таки выдвигается стремление неоколониализма если не увековечить, то продлить существование этих трудностей. Именно в политике неоколониализма лежит главная трудность на пути народов Африки к единству на основе суверенного развития.

В некоторых общественных слоях в странах Африки бытуют концепция об африканской исключительности при выборе путей социального и политического развития, теории о бесклассовом характере африканского общества, о разделении мира только по принципу "богатых" и "бедных" стран, лозунг "Африка для африканцев". Путаница и мешанина в теоретических взглядах и установках, иногда сознательно распространяемые с помощью западной пропаганды, прежде всего затрудняют народам Африки понимание того, где находятся их истинные друзья и где - скрытые и явные враги. Только объединительное движение в Африке может способствовать окончательному и полному освобождению африканских народов, и эта возможность будет тем реальнее и осуществимее, чем шире и действеннее будет участие народных масс, всех трудящихся, в первую очередь рабочего класса как носителя идей интернационализма, в определении путей и характера единства.

На движение за единство Африки большое влияние оказывает также международная обстановка. Взаимосвязь проблем, стоящих перед Африкой, с общей международной обстановкой накладывает все более заметный отпечаток на деятельность Организации африканского единства. При рассмотрении положения в Африке ОАЕ не может абстрагироваться от причин, осложняющих обстановку на континенте. Об этом говорят, в частности, итоги шестой Ассамблеи ОАЕ, состоявшейся в Аддис-Абебе 6-10 сентября 1969 г.

На шестой Ассамблее присутствовали 18 руководителей государств и 23 министра стран-членов ОАЕ, а также представители национально-освободительных движений Анголы, Мозамбика, Гвинеи-Бисау, Зимбабве (Южной Родезии), Коморских островов. В повестку дня Ассамблеи были включены наиболее острые проблемы Африки.

В период работы Ассамблеи Израиль предпринял новое нападение на территорию ОАР в районе Суэцкого канала. Эта вооруженная провокация была расценена Ассамблеей как "вызов всей Африке". Ассамблея потребовала от Израиля выполнения резолюции Совета Безопасности ООН от 22 ноября 1967 г., содержащей требование о выводе израильских войск с оккупированных арабских территорий. Одновременно Ассамблея направила президенту ОАР Насеру послание, в котором африканские народы выразили свою солидарность с борьбой арабов против израильской агрессии. Это подрывает усилия Тель-Авива, поддерживаемого империалистическими державами, добиться если не поддержки, то хотя бы нейтрализации африканских стран в арабо-израильском конфликте.

В течение ряда лет Израиль пытался проникнуть в Африку. Получая помощь и кредиты от США, ФРГ и некоторых других стран Запада, Израиль, в свою очередь, стремился выступать в Африке в роли кредитора. В Тель-Авиве был создан учебный центр для африканцев, Израиль поставлял оружие ряду африканских стран, развернул широкую пропаганду в Африке. Все эти шаги имели целью изолировать ОАР от африканских стран. Однако решения шестой Ассамблеи показали, что интриги Израиля не приносят тех результатов, на которые рассчитывали агрессивные круги Тель-Авива.

При обсуждении проблем колониализма и расизма в Африке шестая Ассамблея ОАЕ сделала акцент на политической, дипломатической и вооруженной борьбе против антинародных режимов в Южной Родезии, ЮАР и португальских колониях. В политическом плане заслуживает внимания признание ОАЕ законности борьбы против расистских и колониальных правительств в Африке. Наряду с этим Ассамблея призвала членов ОАЕ увеличить материальную (военную) и финансовую помощь борющимся народам. Решено было также более последовательно и настойчиво продолжать дипломатическую борьбу против правительств ЮАР, Южной Родезии и Португалии, добиваясь их международной изоляции и прекращения поддержки этим правительствам со стороны империалистических держав.

Однако было бы неправильно не замечать известных расхождений в ОАЕ по поводу борьбы против колониализма и расизма. Созданный в 1963 году по решению ОАЕ комитет освобождения сталкивается в своей деятельности по оказанию помощи в борьбе народов португальских колоний, ЮАР и Зимбабве с определенными трудностями. Группа африканских стран, стоящих на антиколониальных, антиимпериалистических позициях, выступает за расширение деятельности комитета освобождения. Другая группа, не желающая открытого конфликта с расистами, колонизаторами и поддерживающими их странами Запада, выступает за свертывание деятельности комитета. Эта группа стран фактически ограничивается принятием политических решений, но не хочет предпринять практических шагов к их осуществлению. В итоге вопрос о направлении и масштабах деятельности комитета освобождения не был решен Ассамблеей и передан на изучение группе экспертов.

Острая дискуссия состоялась в Ассамблее по вопросу об угрозе раскола Нигерии. В 1967 году сепаратисты восточной провинции Нигерии подняли мятеж и объявили о создании самостоятельного государства Биафра. Возникновение конфликта в Нигерии, угрожающего единству этой страны, можно объяснить лишь стремлением империалистов и колонизаторов ослабить силы Африки, расколоть и подорвать ее единство. Сепаратисты нашли активную поддержку со стороны расистских правительств ЮАР, Южной Родезии, португальского правительства. Двуличную игру повели Англия, США и другие империалистические державы, на словах заверявшие центральное правительство Нигерии в своих симпатиях, а на деле оказывавшие финансовую и военную поддержку сепаратистам.

Однако, несмотря на все происки империалистов, им не удалось расколоть ОАЕ по вопросу о нигерийском конфликте. Шестая Ассамблея ОАЕ высказалась за единую Нигерию и приняла обращение к воюющим сторонам с призывом немедленно прекратить военные действия и начать переговоры на основе территориальной целостности страны, обеспечения безопасности и гарантий прав для всех народностей Нигерии. Специальному комитету по Нигерии в составе императора Эфиопии, президентов Камеруна и Нигера было поручено установить контакты с враждующими сторонами в целях подготовки мирных переговоров.

Ряд решений шестой Ассамблеи ОАЕ направлен на укрепление международных позиций Африки. К ним относятся решения о выделении средств секретариату ОАЕ для представительства в ООН, с тем чтобы секретариат мог выполнять свои обязанности в "возможно лучших условиях". Это решение свидетельствует о том, что африканские страны намерены укреплять свои позиции в ООН и отводят ей большое место в своей международной деятельности. Об этом же говорит и тот факт, что Генеральный секретарь ООН у Тан был приглашен принять участие в шестой Ассамблее. Он выступил с речью, в которой, в частности, остановился на роли ООН в полном освобождении Африки от колониализма. Характерно, что у Тан при этом подчеркнул, что колониальные и расистские режимы нарушают решения ООН по деколонизации и что они опираются на помощь иностранных государств. Упоминание этого факта со стороны у Тана находится в прямом созвучии с настроениями в ОАЕ и является еще одним проявлением имеющейся в ОАЕ тенденции прямо указывать на ответственность западных держав за сохранение колониализма и расизма в Африке.

К шагам, направленным на укрепление международных позиций Африки, следует отнести также решение шестой Ассамблеи начать действия в целях более широкого представительства Африки в Международном Суде.

Таким образом, ОАЕ остается важнейшим политическим фактором в стремлении африканских стран согласованными действиями решить актуальные проблемы и укрепить свои международные позиции. И это - вполне естественно. Движение за единство Африки, отражая объективные процессы, происходящие на африканском континенте и во всем мире, способствует укреплению самостоятельной роли африканских государств на международной арене. Самостоятельная роль африканских государств в международных отношениях, их влияние на развитие мировых событий тем выше и значительнее, чем крепче их солидарность и сплоченность, чем последовательнее они отстаивают интересы мирного, самостоятельного развития Африки, чем решительнее они выступают против империализма и неоколониализма.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2016
Обязательное условие копирования - установка активной ссылки:
http://art-of-diplomacy.ru/ "Art-of-Diplomacy.ru: Искусство дипломатии"