предыдущая главасодержаниеследующая глава

Двойственный эффект сталинградской битвы в Англии

Впечатление, произведенное в Англии победой на Волге, было огромно и... внутренне противоречиво.

Всех прежде всего поразил и захватил изумительный героизм Красной Армии и советского народа. Черчилль в своих мемуарах, вспоминая те дни, пишет о "великолепной борьбе и решающей победе русских армий". Люди менее официальные и более объективные выражали свои чувства значительно ярче. Наше посольство было буквально наводнено самыми восторженными письмами по поводу успеха на Волге. Приходили депутации от рабочих, с фабрик и заводов, которые приносили поздравления и выражали уверенность в неизбежности разгрома Германии. Приходили представители общественных организаций, комитетов, групп - служащие, интеллигенты, лавочники, домашние хозяйки - и благодарили советский народ и Красную Армию за их бессмертный подвиг в борьбе с фашистской чумой. Особенно трогательны были посещения посольства школьниками и детьми.

Помню, как-то ко мне пришла группа ребят с молодой учительницей из одной истэндской школы, школы бедняков. С чувством некоторой робости они вошли в мой кабинет и стали с любопытством изучать мою внешность и поведение. Я усадил моих юных гостей и постарался несколькими шутливыми замечаниями рассеять их смущение и создать простую дружественную атмосферу. Учительница представила мне своих подопечных и сказала несколько вступительных слов. Потом встал очень симпатичный мальчуган лет двенадцати и произнес краткую, но умную речь от имени всех учеников пославшей их школы.

- Мы так рады, - в заключение сказал мальчуган, - что вы бьете этих проклятых наци. Мы ненавидим наци. Мы вырастем и тоже будем бить наци...

Вскочила девочка и с горячностью сообщила, что она связала уже три пары носков для "наших Томми"*. Языки развязались, и каждый из членов делегации старался рассказать, как он ненавидит наци и что полезного он сделал или хочет сделать для победы над ними.

* ("Томми" - дружественное название солдата в Англии.)

Я смотрел на моих гостей и думал: "Победа на Волге спасает вас всех от смерти и открывает перед вами будущее... Может быть, вы доживете до торжества социализма на земле".

На прощанье я сказал моим юным посетителям:

- Запомните, ребята, одно: Красная Армия - это добрая армия, она хочет счастья для всех и прежде всего для таких ребят как вы.

В такой обстановке правящие круги тоже не скупились на выражение своей радости и сочувствия. Мы с женой внезапно сделались "героями дня": на светских и дипломатических приемах нас все поздравляли, нас все нарасхват приглашали к себе в гости, нам все старались оказать знаки внимания и признательности. Пресса и радио не скупились на похвальные отзывы о Красной Армии, о советском народе, о нравах и обычаях нашей страны.

Знаменитое Королевское общество (так называется в Англии Академия естественных наук) решило сделать памятный подарок Академии наук СССР: первое издание "Принципов" Ньютона и письмо Ньютона, как председателя Королевского общества с сообщением об избрании его членом известного Александра Меншикова. Оба подарка были в торжественной обстановке переданы мне для пересылки президиуму Академии наук СССР.

Переплет книги Ньютона 'Принципы' (издание 1687 г.)
Переплет книги Ньютона 'Принципы' (издание 1687 г.)

А 23 февраля 1943 г. - в день 25-летия Красной Армии - британское правительство торжественно отметило эту дату в самом большом лондонском зале - Альберт-Холле. Присутствовало больше десяти тысяч человек, в том числе вся верхушка официальной Англии. Были соответственные речи, соответственные поздравления, соответственные музыкальные произведения. Сталин прислал этому митингу приветственную телеграмму.

Я сидел, смотрел на все окружающее и невольно думал:

"Как фантастична жизнь! Мог ли кто-либо четверть века назад предположить, что заправилы Сити и Уайтхолла будут торжественно праздновать день рождения Рабоче-Крестьянской Краской Армии, грозы буржуазии? А вот случилось же это!.. Воистину в политике никогда не говори "никогда".

Однако великая победа на Волге имела и другой, уже менее приятный эффект. Как-то в начале февраля моя жена была приглашена на один великосветский "дамский чай". Присутствовали только жены английских и союзных министров, иностранных послов, видные общественные деятельницы. Вернулась моя жена с приема в страшном возбуждении.

- Ты знаешь, о чем шла речь на этой "Chicken Party"? - воскликнула она, обращаясь ко мне*.

* ("Chicken Party" (буквально "встреча куриц") - шутливое обозначение завтраков, чаев, обедов в которых принимают участие только женщины. Оно часто употребляется в Англии.)

- Вероятно, о Сталинграде, - отозвался я.

- Да, конечно, сначала говорили о Сталинграде и по нашему адресу была отпущена соответствующая нынешним настроениям в верхах порция комплиментов, но это было не главное... Это было что-то вроде закуски перед обедом... Обед же состоял совсем в другом... Почти все время дамы горячо спорили о том, куда лучше всего поехать для того, чтобы отдохнуть и развлечься после окончания войны!

- Ого! - невольно вырвалось у меня. - Знатные леди слишком опережают события.

- Еще как! - продолжала жена. - Большинство рассуждало так: теперь, после Сталинграда, ясно, что немцы будут разбиты и притом в самом близком будущем... Стало быть, сейчас надо думать не столько о войне, сколько о том, что делать после победы... И первое, что им приходит в голову, это поехать куда-нибудь для того, чтобы поскорее забыть войну и вновь вернуться к обстановке и навыкам мирного времени... Но вот по вопросу о том, куда лучше ехать, между дамами разыгралась весьма оживленная дискуссия... Были разные мнения, но в конце концов возобладало одно: на привычные курорты Европы - во Францию, Швейцарию, Италию и т. д. ехать не стоит. Европа сразу после войны будет еще слишком разрушена, разорена, дезорганизована, в ней еще слишком многое будет напоминать о войне со всеми ее ужасами... Нет, нет! Отдых в Европе будет мало приятен... Лучше ехать в те районы мира, которые были меньше затронуты войной... И все под конец сошлись на том, что лучше всего выбрать местом для отдыха и развлечения страны Латинской Америки.

Рассказ жены о "дамском чае" меня сильно насторожил. Несколько дней спустя один небольшой разговор настроил меня еще более тревожно. У меня на завтраке был Дафф Купер, видный консерватор, бывший военный и морской министр, демонстративно вышедший в отставку после Мюнхена. Это был умный и культурный человек, способный писатель, с которым я любил вести интересные дискуссии по различным текущим вопросам. На этот раз Дафф Купер много говорил о значении Сталинградской битвы и высказывал оптимистические прогнозы на будущее. Когда мы прощались, я поинтересовался, чем он сейчас занимается.

- Я вернулся к своему Давиду, - ответил Дафф Купер.

Я подумал, что речь идет о Давиде, знаменитом французском художнике времен революции 1789 г.

- Чем вас так заинтересовал этот французский мастер кисти? - спросил я.

- Да нет, - возразил Дафф Купер, - это не французский художник, а библейский царь Давид... Я давно начал писать книгу о нем, но война заставила меня прервать работу. Пришлось целых три года заниматься совсем другими, более неотложными делами... Но теперь ситуация изменилась, и я могу вновь вернуться к древнему царю Иудейского государства.

Я был потрясен. Итак, умный и видный политический деятель, депутат британского парламента, считал, что после Сталинграда он может больше не беспокоиться о войне и засесть за завершение начатого перед войной литературного труда, не имеющего ни малейшего отношения к грозным событиям современности.

Оба только что рассказанных факта заставили меня внимательнее осмотреться кругом, и тогда я увидал многое такое, на что раньше не обращал достаточного внимания. Приведу некоторые выдержки из моей записи в дневнике под датой 5 февраля 1943 г.

"Какова реакция Англии на наши победы? Ответить на этот вопрос одним словом невозможно. Ибо реакция Англии на успехи Красной Армии сложна и противоречива.

Первое, что бросается в глаза, когда задаешься поставленным вопросом, это всеобщее удивление силой СССР и мощью Красной Армии. Никто не ожидал, что после тяжелых испытаний прошлого лета мы сумеем сохранить столько боеспособности... Данное чувство одинаково сильно везде - как в верхах, так и в низах общественной пирамиды.

Второе чувство, порождаемое событиями в СССР, это огромное восхищение советским народом, Красной Армией... Однако данное чувство носит уже менее всеобщий характер, чем изумление. Чувство восхищения беспредельно и безоговорочно в массах. Здесь престиж СССР за минувшие три месяца невероятно поднялся... Чем выше по этажам общественной пирамиды, тем больше чувство восхищения оказывается смешанным с различными другими чувствами, большей частью разъедающего характера.

Вот, например, интеллигенция, интеллигенция всех сортов, в том числе и лейбористская, демократическая. Реакция этой прослойки на наши победы - недоумение... Английская интеллигенция выросла в представлении, что самой лучшей, самой совершенной, самой эффективной системой управления является буржуазная демократия... И вдруг, какой - с божьей помощью - оборот! На великом историческом экзамене оказалось, что "коммунистическая диктатура" ...дает совершенно изумительные образцы мужества, героизма, ...образцы, далеко превосходящие все то, что в этой области до сих пор могла продемонстрировать буржуазная демократия Англии и США. Каким образом? Почему? Отчего?..

Альберт-Холл
Альберт-Холл

Еще более сложна реакция британских господствующих классов на наши военные успехи. С одной стороны, они довольны: очень хорошо, что русские так крепко бьют немцев. Нам легче будет. Сэкономим потери и разрушения. Еще раз реализуем нашу извечную линию - воевать чужими руками. Но, с другой стороны, господствующие классы... обеспокоены: а не очень ли усилятся в результате большевики? ...И чем больше становятся успехи советского оружия, тем глубже беспокойство проникает в сердца правящей верхушки ...Пока Красная Армия на подступах к Ростову. Каковы будут ощущения даже "черчиллевской группы", когда Красная Армия будет на подступах к Берлину, трудно сказать. Я не исключаю неприятных сюрпризов".

В тот момент важнее всего для нас был вопрос, как подействует победа на Волге на открытие второго фронта в Северной Франции: ускорит она его или, наоборот, оттянет? Вот что говорится на данную тему в той же записи от 5 февраля:

"По этому вопросу в правящей верхушке опять имеется внутреннее раздвоение. С одной стороны, она хотела бы отложить создание второго фронта на возможно более долгий срок с тем, чтобы дождаться момента, когда мы перешибем Германии становой хребет, и англо-американцы смогут "комфортабельно" высадиться во Франции и без больших потерь дойти до Берлина. С другой стороны, однако, если Англия (и США) слишком затянут создание второго фронта на западе, они могут пропустить момент и позволить Красной Армии прийти первой в Берлин. Этого последнего они страшно боятся: призрак "большевизации Европы" тут сразу вырастает перед их воображением; поэтому вопрос о том, когда создавать второй фронт, становится основным тактическим вопросом для английского и американского правительств. С их точки зрения это надо сделать не слишком рано и не слишком поздно - just in time (как раз вовремя). Но когда именно?.."

Конечный вывод в той же записи у меня сформулирован так:

"Англия и США второго фронта во Франции к весне не создадут, а будут весной и летом развлекаться разными второстепенными операциями в районе Средиземного моря (Сицилия, Крит, Додеканез и др.). Может быть, сочинят какой-нибудь монстр-Дьепп* на севере, но едва ли всерьез пойдут во Францию. Неприятно, но ничего не поделаешь. Нечего закрывать глаза на реальности положения".

* (Дьепп - небольшой город на французском берегу Ла-Манша. Незадолго перед тем англичане устроили кратковременный и не очень удачный налет на него.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2016
Обязательное условие копирования - установка активной ссылки:
http://art-of-diplomacy.ru/ "Art-of-Diplomacy.ru: Искусство дипломатии"