предыдущая главасодержаниеследующая глава

Договор с Монголией (5 ноября 1921 г.)

На Дальнем Востоке Советская республика прежде всего установила дипломатические отношения с Монголией. До 1911 г. Монголия являлась провинцией Китая, который превратил её в забитую, отсталую страну. После китайской революции монгольские князья провозгласили независимость своей страны.

В 1915 г. Монголия подписала в Кяхте договор с Россией и Китаем. По этому договору Монголия, признанная частью Китая, получала широкую автономию с правом вести самостоятельную внешнюю политику. Русское и китайское правительства обязывались не содержать на территории Монголии своих войск. До 1918 г. русское правительство сохраняло в Монголии преобладающее влияние. При монгольском правительстве состоял русский финансовый советник, контролировавший народное хозяйство страны.

Японское правительство всячески стремилось ослабить русское влияние в Монголии и укрепить в ней свои собственные позиции. Японские агенты ссорили между собой местных князей, вели шпионскую работу и постепенно прибирали Монголию к своим рукам. Все эти захватнические стремления японские империалисты прикрывали лозунгом слияния всех монгольских племён в единое государство - Великую Монголию - под эгидой Японии.

В 1917 г., опасаясь освободительного влияния Великой Октябрьской социалистической революции, японцы выдвинули белогвардейского атамана Семёнова в качестве своего агента в Монголии. Ему дали денег, снабдили оружием и поручили подчинить Монголию Японии. Монгольский народ начал революционную борьбу против японских империалистов. В 1920 г. была создана народная революционная партия; она объявила национальную войну за освобождение Монголии. Руководителем этой партии был рабочий-наборщик Сухэ-Батор, а его ближайшим помощником - Чойбалсан.

После разгрома Колчака Красной Армией атаман Семёнов бежал из Монголии. Вместо него японцы выдвинули другого белогвардейца, барона Унгерна. В начале 1921 г. Унгерн вступил в Монголию; 4 февраля он захватил столицу страны Ургу, ныне Улан-Батор. Однако и Унгерну, несмотря на помощь Японии, не удалось закрепиться в Монголии. Трудящиеся Монголии создали народную армию для борьбы с наёмником Японии. 13 марта 1921 г. было организовано народное правительство Монголии. Оно обратилось за помощью к Советской стране. На борьбу с Унгерном за освобождение Монголии выступили части Красной Армии. Унгерн и его японские пособники были разбиты; барон был взят в плен, предан суду и, по требованию народных масс, расстрелян 15 сентября 1921 г.

Монгольская народная армия и советские войска освободили столицу Монголии от белых банд.

12 июля 1921 г. народное правительство Монголии обратилось к Советской республике с просьбой впредь до полного укрепления народной республики не выводить своих войск из Монголии, а также взять на себя посредничество в деле установления отношений между Монголией и Китаем. Между монгольским правительством и Советской Россией установилось дружественное сотрудничество. В Москву в октябре 1921 г. прибыла чрезвычайная монгольская миссия. Советско-монгольские переговоры завершились подписанием договора 5 ноября 1921 г. В нём стороны заявляли о взаимном признании и обязывались проводить принцип наибольшего благоприятствования в области своих политических и экономических взаимоотношений.

Переговоры с Китаем

Попытка установить отношения Советской России имела место ещё в середине 1919 г.

26 июля 1919 г., разгромив Колчака, советское правительство обратилось к Китаю со следующей нотой:

"Советское правительство отказалось от завоеваний, которые сделало царское правительство, отобрав от Китая Манчжурию и другие области. Пусть народы, обитающие в этих областях, сами решат, в границах какого государства они желают быть у себя дома. Советское правительство отказывается от получения с Китая контрибуции за боксёрское восстание 1900 г...

Советское правительство уничтожает все особые привилегии, все фактории русских купцов на китайской земле. Ни один русский чиновник, поп и миссионер не смеют вмешиваться в китайские дела, а если он совершит преступление, то должен судиться по справедливости местным судом. В Китае не должно быть иной власти, иного суда, как власть и суд китайского народа.

Кроме этих главных пунктов советское правительство готово договориться с китайским народом в лице его уполномоченного по всем другим вопросам и навсегда ликвидировать все акты насилия и несправедливости, совершённые в отношении Китая прежними российскими правительствами совместно с Японией и союзниками".

Советская Россия предлагала Китаю вступить в переговоры, чтобы навсегда отменить все неравноправные договоры. Однако китайское правительство не решилось пойти на переговоры с Советской страной. Только в сентябре 1920 г., когда вся Сибирь была освобождена, в Москву прибыла из Китая специальная военно-дипломатическая миссия. 12 октября Китай назначил в Россию постоянным представителем главу военной дипломатической миссии генерала Чжан Сы-лина; однако вскоре он был отозван под нажимом извне. Но соглашение так и не состоялось. 27 октября Наркоминдел передал этой миссии меморандум, где были намечены основные принципы желательного соглашения между Россией и Китаем. Вместо договора с Советской Россией - единственной страной, предлагавшей равноправные отношения, - Китай подписал соглашение с Русско-Азиатским банком, который фактически находился в руках Франции. Соглашение предоставляло этому банку право эксплоатации Китайско-Восточной железной дороги. По проискам реакционных кругов Антанты, китайские уполномоченные всячески уклонялись от переговоров с Советской Россией.

Осенью 1921 г. советское правительство сделало новый шаг по пути сближения с Китаем. В Пекин, с согласия Китая, была направлена торговая делегация Советской России, уполномоченная начать переговоры об условиях передачи Китаю Китайско-Восточной железной дороги. Китайское правительство вновь стало лавировать, затягивая переговоры. Оно обещало назначить делегата для ведения переговоров, но не посылало никого, предлагало всё новые места для встречи сторон и не останавливалось ни на одном. В конце концов китайское правительство заявило, что считает необходимым отложить обсуждение вопроса о Китайско-Восточной железной дороге до предстоящей Вашингтонской конференции. Наркоминдел протестовал против такого решения телеграммой от 8 декабря, напоминая, что вопрос о КВЖД касается только Китая и России. Было очевидно, что за спиной Китая стоят державы, враждебные Советской России и мешающие восстановлению нормальных дипломатических отношений между Китаем и Советской республикой.

Торговое соглашение с Англией

Добившись мира, советский народ приступил к восстановлению народного хозяйства. Одновременно налаживались деловые отношения Советской России с капиталистическими странами. 16 марта 1921 г. завершились длительные переговоры с английским правительством о заключении экономического и политического соглашения. Существенное содержание договора, подписанного в этот день, заключалось в следующем. Правительства Советской России и Великобритании взаимно обязывались: воздерживаться от всяких враждебных действий и пропаганды друг против друга; подданные того и другого государства получали право вернуться на родину; между договаривающимися сторонами возобновлялись торгово-политические отношения; в этих целях они взаимно обменивались торговыми представительствами. Правительство Великобритании обязывалось не предпринимать никаких действий для завладения золотом, имуществом и товарами, принадлежащими советскому правительству; со своей стороны правительство Советской России в особой декларации, приложенной к договору, выражало готовность уплатить в будущем соответствующие возмещения тем частным лицам, которые поставили товары или оказали другие услуги России. Впрочем, при этом имелось в виду, что разрешение этих вопросов последует по заключении общего мирного договора.

Торговое соглашение от 16 марта 1921 г. означало, что британское правительство де факто признало Советскую Россию, хотя между обеими странами и оставались открытыми спорные вопросы. 23 марта 1921 г. Ллойд Джордж в Палате общин официально объявил, что англо-советское соглашение означает фактическое признание Советской России. Вскоре деловые отношения между обеими странами подтвердили такое признание.

Ещё в конце 1920 г. глава советской торговой делегации в Лондоне Красин продал лес Джемсу Сагору и К0. Английское лесопромышленное предприятие - общество "Лютер" - оспорило эту сделку, заявив, что проданный лес раньше принадлежал ему и был конфискован советским правительством. Компания "Сагор", не отрицая факта прежней принадлежности леса "Лютеру", со своей стороны заявляла, что советское правительство конфисковало лес на основании своего декрета от 20 июня 1918 г. В декабре 1920 г. судья вынес решение по делу Сагора: так как британское правительство не признало советского правительства, то декреты последнего не имеют силы перед лицом английского закона. Торговая сделка о лесе была признана недействительной. Компания "Сагор" перенесла дело в апелляционный суд. Последний 12 мая 1921 г. отменил первое решение, ссылаясь при этом на разъяснение Министерства иностранных дел, что Англия признала советское правительство фактическим правительством России.

Переговоры между Советской Россией и Англией вызвали серьёзную тревогу в Германии. Всполошились немецкие промышленные круги, опасаясь, что они будут вытеснены с русского рынка. В январе 1921 г. Русско-Германское общество, созданное для развития торговли с Россией, решило послать делегацию в Москву. В Рейхстаге раздавались требования возобновить дипломатические и торговые отношения с Россией. Но германское правительство не торопилось. 22 января 1921 г. в Рейхстаге министр иностранных дел Симоне выступил против установления дипломатических отношений с Советской Россией.

Симоне выдвинул странный аргумент: он доказывал, что дипломатические отношения с Россией не могут быть установлены, пока советское правительство не даст полного удовлетворения за происшедшее в 1918 г. в Москве убийство Мирбаха. Довод был явно надуманным: правительство кайзера назначило Гельфериха преемником графа Мирбаха в качестве посла в Москве, - тем самым инцидент представлялся исчерпанным.

Опубликование англо-советского договора от 16 марта 1921 г. заставило германское правительство изменить свою позицию: оно начало со своей стороны переговоры с Советской Россией. 6 мая 1921 г. было заключено временное соглашение о возобновлении торговых отношений между обеими странами. Подписано было также дополнительное соглашение об^ обмене военнопленными и интернированными. Так, медля с официальным признанием Советского государства, правительство Германии старалось в своей дипломатической игре не выпустить из рук советской карты и в то же время использовать выгоды деловых сношений с Советской Россией.

Попытка империалистов использовать голод в России

Советская страна постепенно восстанавливалась. Но летом 1921 г. республику постигло новое бедствие - неурожай. Больше 20 миллионов человек населения Поволжья, областей Украины и Северного Кавказа, особенно пострадавших от интервенции и гражданской войны, было охвачено голодом. Советская власть немедленно организовала помощь голодающим. Посильную помощь оказал им и международный пролетариат.

Когда в США возникла организация для оказания помощи пострадавшим от голода в России (так называемая Американская администрация помощи - АРА), советское правительство не отклонило её предложений. 20 августа 1921 г. с Американской администрацией помощи было заключено соответствующее соглашение. Неделю спустя однородное соглашение было подписано и с уполномоченным Женевского комитета Лиги наций по оказанию помощи пострадавшим от голода в России - Фритиофом Нансеном.

Франция предложила создать Международную комиссию. Англия выдвинула в её состав министра внешней торговли Ллойд-Гримма, сэра Д. Хюита, специалиста по борьбе с голодом в Индии, и Уордропа, бывшего консула в Москве.

Первое заседание Международной комиссии помощи России состоялось 30 августа в Париже, в Министерстве иностранных Дел. Председателем комиссии был избран бывший посол в России Нуланс, один из наиболее ярых организаторов заговоров против советской власти в России. Выступив с речью, Нуланс начал её с напыщенных фраз о помощи голодающим, оказываемой якобы "без всякой задней мысли, с единственной заботой достойным образом выполнить гуманитарную роль, на нас возложенную".

Но после этих общих фраз Нуланс заявил:

"Наше соглашение, ставящее себе целью исключительно оказание помощи, отнюдь не включает в себе отказа от прошлого. Достаточно для нас того факта, что миллионы людей страдают и умирают, чтобы все разногласия в оценках и политических позициях в отношении Советов перестали служить для нас препятствием к объединению в деле спасения народа, к которому мы к тому же питаем одинаковые симпатии. Но именно по одному тому, что, по мнению наших правительств, оказываемая помощь должна быть одинакова для всех жертв голода и не может разнообразиться в зависимости от их убеждений и социального положения, мы вправе требовать, чтобы распределение продовольствия и помощи производилось с соблюдением полнейшей справедливости. Тут необходим поэтому самый строгий контроль: мы должны будем его установить и неуклонно проводить"1.

1 ("Temps", 1. IX. 1921; см. "Бюллетень НКИД" № 96, 12 октября 1921 г., стр. 3.)

В США во главе комитета стал Гувер, будущий президент. 4 сентября 1921 г. Нуланс по телеграфу предложил советскому правительству принять помощь Международной комиссии. Нуланс потребовал от советской власти, чтобы в Россию была допущена делегация экспертов, уполномоченная ознакомиться с положением на местах. Ясно было, что вся эта затея преследует разведывательные цели. Советское правительство нотой от 7 сентября категорически отказалось разрешить приезд делегации Международной комиссии и тем более допустить какой бы то ни было контроль со стороны иностранных держав за распределением присылаемых продуктов. В ноте указывалось, что "с величайшим изумлением российское советское правительство ознакомилось с содержанием полученной 4 сентября ноты г. Нуланса, показывающей, что возглавляемая этим лицом комиссия, вместо действительной помощи голодающим, предпринимает шаги, заставляющие усомниться в самом желании её помочь бедствующим крестьянам России"2.

2 ("Международная политика новейшего времени", ч. 3, вып. 1, стр. 115.)

Напоминая о деятельности Нуланса в России в качестве посла Франции, нота Наркоминдела характеризовала его как "одного из самых злостных и коварных врагов" трудящихся России, который всячески старался не допустить соглашения и взаимного понимания между советским правительством и правительствами Антанты. В своё время советское правительство обращалось уже к французскому правительству с заявлением, что "невозможно ни на одну минуту оставлять в России, в качестве его представителя, такое лицо, которое толкает к войне между Францией и Россией"1. "Оставшийся, несмотря на это заявление, в России, - гласила нота, - г. Нуланс все свои силы отдал подготовке заговоров против безопасности республики и против жизни её руководящих деятелей, подготовке восстаний, вербовке участников всевозможных авантюр, направленных против республики, попыткам устраивать взрывы мостов и железнодорожные крушения и т. д."2. Нуланс "был одним из наиболее активных руководителей той самой системы блокады, которая привела весь русский народ в состояние разорения и нищеты, в значительной мере обусловивших нынешнее неслыханное бедствие голода... Комиссия г. Нуланса, - продолжала нота, - заменила помощь голодающим собиранием сведений о внутреннем состоянии Советской России... Это должно делаться под руководством тех людей, которые уже занимались этим изучением в ничем не прикрытых целях устройства мятежей и облегчения продвижения иностранных армий на территорию Советской республики"3.

1 ("Международная политика новейшего времени", ч" 3, вып. 1, стр. 115-116.)

2 (Там же, стр. 116.)

3 (Там же, стр. 117.)

Скоро окончательно раскрылись истинные замыслы организаторов кампании помощи. Агенты империалистов поддерживали контрреволюционную работу, которую развернули в Помголе - так называли общественный комитет помощи голодающим - проникшие туда кадеты: Прокопович, Кускова, Кишкин и др. Преступная деятельность кадетов была разоблачена и ликвидирована. Связи их с иностранными разведками установлены были с полной очевидностью.

В октябре 1921 г. была созвана конференция представителей 20 стран - Бельгии, Великобритании, Франции, Японии, Италии, Германии, Польши, Румынии и др. Официальным мотивом созыва Брюссельской конференции был вопрос о помощи голодающим в России. В резолюции конференции было подчёркнуто, что основным условием организации помощи России должно стать признание долгов. Так, представители иностранных держав открыто показали, что хотят воспользоваться затруднительным положением Советской страны, чтобы поставить её на колени.

В ответ на брюссельскую резолюцию советское правительство обратилось 28 октября 1921 г. с нотой к правительствам Великобритании, Франции, США, Италии, Японии. Напомнив заявление Ллойд Джорджа 16 августа в английском Парламенте, что предложение использовать голод в России с целью заставить её уплатить долги есть "дьявольский замысел", советское правительство писало:

"Тем не менее Брюссельская конференция, вполне осведомлённая о том, что ввиду размеров голодного бедствия в России советское правительство не в состоянии собственными силами спасти пострадавшее население от гибели, поставила условием предоставления России кредитов, без которых серьёзная помощь голодающим невозможна, признание советским правительством старых долгов"1.

1 ("Международная политика новейшего времени", ч. 3, вып. 1, стр. 140.)

Разоблачив замыслы инициаторов Брюссельской конференции перед общественным мнением всех стран, советское правительство решило ещё раз подтвердить своё предложение признать на определённых условиях долги, чтобы выбить козырь из рук тех, кто считает отказ платить долги причиной борьбы против Советской страны. "Российское правительство заявляет, - значилось в советской ноте, - что оно готово признать за собой обязательства перед другими государствами и их гражданами по государственным займам, заключённым царским правительством до 1914 г., при предоставлении ему льготных условий, обеспечивающих ему практическую возможность выполнения этих обязательств. Само собой разумеется, что непременным условием этого признания является одновременное обязательство великих держав безусловно положить конец всяким действиям, угрожающим безопасности советских республик и дружественной Дальневосточной республики, их суверенным правам и неприкосновенности их границ, и, безусловно, соблюдать принципы их полного суверенитета и территориальной неприкосновенности... Для этой цели российское правительство предлагает скорейший созыв международной конференции, которая занялась бы намеченными выше задачами, рассмотрела бы требования других держав к российскому правительству и российского правительства к другим державам и выработала бы между ними окончательный мирный договор"2.

2 (Там же, стр. 141.)

Понимая, что крупные капиталисты постараются замолчать его предложения, советское правительство попыталось расколоть единый фронт держателей русских ценностей и привлечь на свою сторону мелких держателей, которых насчитывалось много, особенно во Франции. Советское правительство, говоря о своих уступках, писало:

"Оно (российское правительства. - Ред.) тем самым идёт также навстречу желаниям многочисленных мелких держателей русских государственных займов, в особенности во Франции, для которых признание им царских долгов представляет существенный интерес"3.

3 (Там же.)

Ответ французского правительства на советскую ноту последовал 9 ноября 1921 г. Он был адресован не советскому, а британскому правительству. Французское правительство вновь подтверждало, что при настоящих условиях ему кажутся "одновременно тщетными и опасными попытки возобновить контакт, хотя бы экономический, с территориями, подчинёнными диктатуре коммунистических вождей". Французская нота настаивала на безусловном подчинении советского правительства "моральным нормам, принятым всеми цивилизованными народами". Нота требовала признания не только довоенных долгов, но и всех остальных иностранных претензий (военные долги, национализированное имущество и т. п.). Наконец, нота настаивала на прекращении всякой "большевистской пропаганды"1.

1 ("Temps", 17. XI. 1921.)

Вооруженные нападения на Советскую страну

Одновременно с попытками использовать в своих целях голод в России империалисты стали формировать вооружённые банды, которые перебрасывались в Советскую республику из соседних государств. Реакционные круги Антанты всячески поддерживали Финляндию и Польшу, укрепляли их военную силу, посылали своих военных инструкторов в их армии. Иностранные инженеры строили укрепления на Карельском перешейке. Польские паны уже мечтали о "великой Польше" от Балтийского до Чёрного моря, от Данцига до Одессы и от Днепра до Одера. По этому плану Украинская республика и Белоруссия должны были превратиться в польские колонии. Антанта поддерживала кампанию и за создание "великой Финляндии". Это государство должно было образоваться путём захвата у Советской республики Карелии с Петрозаводском, Петроградской области с городом Петроградом, Кольского полуострова с незамерзающим портом в Мурманске и всей северной части Советской республики вплоть до Урала.

Мирный договор Советской республики с Финляндией вступил в силу с 1 января 1921 г. Однако он не преодолел антисоветских настроений и замыслов финской буржуазии. Уже в начале 1921 г. между Финляндией и РСФСР возник конфликт в связи с отказом финского правительства принять советскую торговую делегацию. Едва был ликвидирован этот конфликт, как начались новые трения. При переговорах в Юрьеве были отвергнуты необоснованные притязания финнов на Карелию. Финляндия, тем не менее, продолжала толковать Юрьевский договор в том смысле, что ей были даны какие-то обещания относительно Карелии. В июне 1921 г. должна была приступить к работе русско-финская смешанная комиссия. Финское правительство обусловило начало этой работы разрешением "спорного" карельского вопроса. Нотами от 23 и 25 августа 1921 г. финское правительство дерзко требовало от РСФСР осуществления в Карелии "демократического" буржуазного строя. Всячески затягивая переговоры, Финляндия организовала нападение на Карелию вооружённых белокарельских банд. В Финляндии образовалось так называемое карельское правительство. По всей Финляндии шли сборы помощи белокарельским бандам. Во всех центрах Финляндии открыто работали вербовочные бюро, посылавшие пополнения карельским "повстанцам". Офицеры финляндской армии под видом отпусков отправлялись в Карелию для руководства действиями мятежников. В довершение всего финское правительство приняло делегацию карельских белогвардейцев и обратилось к Лиге наций с предложением рассмотреть карельский вопрос. Эту просьбу Финляндии поддержала и Эстония.

Нотой Наркоминдела от 19 декабря 1921 г. советское правительство энергично протестовало против вмешательства Эстонии во внутренние дела РСФСР. Столь же решительный протест заявляло оно и против денежных сборов и других форм помощи белокарельским бандам со стороны Эстонии. Во всём этом нота усматривала действия, явно противоречащие заключённому с Эстонией мирному договору.

Одновременно с финляндской авантюрой в Карелии и Польша в конце октября и начале ноября 1921 г. перебросила 2 тысячи петлюровцев через украинскую границу. В течение осени через польскую границу в Белоруссию и на Украину перешло около 15 банд разной численности; 3 банды были переброшены на Украину и из Румынии. Все они были рассеяны и ликвидированы советскими войсками.

В тот же период в Средней Азии было организовано антисоветское восстание басмачей. Во главе него стал бывший военный министр Турции авантюрист Энвер-паша. Это восстание было поднято под лозунгом создания "великого среднеазиатского мусульманского государства".

Борьба за Аландские острова

В целях укрепления позиций Финляндии англо-французская дипломатия решила в её пользу возникший спор об Аландских островах. 20 октября 1921 г. Франция, Англия, Германия, Италия, Швеция, Дания, Эстония, Финляндия, Латвия и Польша заключили между собой конвенцию о режиме этих островов. Расположенные в северной части Балтийского моря, они имеют крупное стратегическое значение: ими запирается вход и выход из Финского залива. Ещё в 1809 г. острова Аландского архипелага отошли от Швеции к России; по Парижскому трактату в 1856 г. было постановлено не возводить на них никаких военных укреплений. По договору с Финляндией от 15 октября 1920 г. Советская республика уступила острова Финляндии; при этом было обусловлено, что острова не должны укрепляться и что Россия сохраняет за собой право участия в решении дальнейших вопросов о судьбе островов.

В борьбе за Аландские острова выступил новый претендент - Швеция. Она обратилась за помощью к Лиге наций. Лига решила передать суверенитет над Аландскими островами Финляндии, с условием, что острова будут демилитаризованы на основе соглашения между великими державами и балтийскими государствами. Такое соглашение было достигнуто на конференции в Мариенгейме летом 1921 г. при участии Англии, Франции, Италии, Германии, Дании, Швеции, Финляндии, Польши, Эстонии и Латвии. Советская Россия не была приглашена на эту конференцию. Наркоминдел в ноте от 22 июля ко всем заинтересованным правительствам требовал участия в ней и России. Соглашение о демилитаризации Аландских островов было подписано в Женеве 20 октября 1921 г. Советское правительство нотой от 14 ноября заявило, что не признаёт решений относительно Аландского архипелага, принятых без его участия; оно предупредило, что сохраняет за собой свободу действий.

Отстранение Советской республики от соглашения об Аландских островах говорило о замысле империалистов закрепить за собой подступы с моря к Петрограду. Сняв формально блокаду с Советской России, империалисты продолжали свою работу над её окружением, создавая в соседних странах плацдармы для нападения на её территории.

Усиливалось и прямое давление на Советскую страну со стороны реакционеров Англии и Франции. Руководитель Форейн офис лорд Керзон, не мирившийся с заключением англосоветского торгового соглашения 16 марта, стремился сорвать только что установившиеся отношения Англии и Советской России. Использовав фальшивки, сфабрикованные белогвардейцами, Керзон обратился к советскому правительству с вызывающей нотой. Утверждая, что советская власть и Коминтерн - одно и то же, Керзон приписывал им антибританскую пропаганду в Индии, Персии, Турции и Афганистане. Лорд Керзон протестовал даже против советско-афганского договора, в котором предусматривалась денежная помощь независимому Афганистану со стороны Советской России. Нота Керзона получила достойный отпор в ответной ноте Наркоминдела от 27 сентября 1921 г. В ней советское правительство, отвергая обвинения Керзона, констатировало ряд враждебных актов со стороны самой Англии по отношению к Советской России. Таким образом, замысел Керзона потерпел неудачу.

Попытка империалистических групп Англии, Франции, Польши, Японии задержать мирное социалистическое строительство потерпела крушение благодаря героическим победам Красной Армии. Петлюровские, белофинские, польские и басмаческие банды были разгромлены. 22 декабря 1921 г. открылся IX Всероссийский съезд Советов, который принял декларацию по поводу стремления мировой реакции продолжать борьбу с советской властью. В декларации, остановившись на деятельности империалистических правительств Польши, Финляндии, Румынии и Японии, съезд заявлял:

"Съезд предупреждает правительства соседних государств, что если они будут в дальнейшем посягать или поддерживать посягательства на целость советской территории и на безопасность советских республик, в таком случае последние в своей законной и справедливой защите против каждого, покушавшегося на безопасность и благополучие республик, вынуждены будут дать ответ, который может стать роковым для нападающего и его пособников"1.

1 (IX Всероссийский съезд Советов РК и КД. Стенографический отчёт, 22-27 декабря 1921 г., изд. ВЦИК, М. 1921, стр. 271.)

Конец 1921 и начало 1922 г. принесли Советской России ряд новых соглашений с капиталистическими странами, - начиная с Италии. Ещё в 1920 г. Италия, как и Англия, установила связь с советскими кооператорами. На установление связей с Россией итальянское правительство шло теперь потому, что было заинтересовано в торговле с Советской страной, которая могла снабжать нефтью, углём, рудой, пшеницей и различными сельскохозяйственными продуктами разорённую войной и лишённую природных богатств Италию.

В 1921 г. в Рим приехал полномочный представитель советского правительства. В крайне сложной обстановке ему удалось заключить торговое соглашение с Италией (26 декабря 1921 г.). Впрочем, самостоятельной линии итальянская дипломатия не выдержала; она не раз примыкала и к противникам Советской России. Так, в результате давления Франции осталось нератифицированным торговое соглашение между Советской Россией и Италией от 29 мая 1922 г.

В том же 1921 г. и до половины 1922 г. советское правительство заключило ещё ряд временных торговых соглашений: с Норвегией (2 ноября 1921 г.), с Австрией (7 декабря 1921 г.), со Швецией (9 мая 1922 г.), с Чехословакией (5 июня 1922 г.).

Борьба Советской страны за длительную мирную передышку начинала давать осязательные результаты.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2016
Обязательное условие копирования - установка активной ссылки:
http://art-of-diplomacy.ru/ "Art-of-Diplomacy.ru: Искусство дипломатии"